Председатель центрального банка на вчерашнем брифинге довольно скупо затронул тему обмена внутреннего долга. Между тем речь идет о важнейшем, с точки зрения экономической политики, решении. Решение о конвертации государственных краткосрочных облигаций в более длинные еврооблигации, номинированные в долларах сша, было принято в ходе переговоров с миссией мвф при активном участии заместителя директора фонда стэнли фишера. Несмотря на то что, с формальной точки зрения, конвертация ставит целью повышение доверия финансовых рынков к российскому правительству как заемщику и переоформление по крайней мере части задолженности в более долгосрочные обязательства, обращают на себя внимание два вопроса, остающиеся пока непроясненными.

Во-первых, жесткая ориентация на доллар. Хотя правительство и ставит условием конвертации то, что минимальный объем по обмену внутреннего долга будет не ниже $2 млрд, совершенно очевидно, что реальный объем конвертируемых гко будет приближаться к $10 млрд. При том что сумма гко, находящихся в руках нерезидентов, составляет $18д20 млрд, весьма вероятно, что объем конвертации будет еще больше. С экономической точки зрения, речь идет о трансформации части внутренней задолженности во внешнюю и потере российским правительством всякого контроля над этой частью долга, поскольку в отличие от рублей наше правительство доллары не печатает. С политической - речь идет об усилении привязки россии к доллару, хотя в данный момент есть все основания предположить, что обращение к евро дало бы больший эффект с точки зрения долгосрочных интересов национальной экономики. В этой ситуации можно предположить, что россия стала полем игры федеральной резервной системы сша против европейского центрального банка.

Во-вторых, как стало известно ъ, лишь в самый последний момент в понедельник было принято решение о том, чтобы допустить к конвертации гко и резидентов российской федерации. Парадоксально, но вплоть до последних минут переговоров спецпредставитель президента анатолий чубайс колебался в ответе на вопрос, уравнять ли в правах российских и иностранных кредиторов правительства россии. Очевидно, что в ходе переговоров на российскую сторону было оказано очень мощное давление, в конечном итоге направленное против национальной банковской системы. Подозрения о том, что соглашение о предоставлении кредитов международных финансовых организаций могло сопровождаться серьезными уступками со стороны правительства в вопросе режима деятельности нерезидентов на российских финансовых рынках, подкрепляется фактом исключительно льготных условий, на которых правительство привлекло в качестве лид-менеджера конвертации гко в евробонды американскую инвестиционную фирму goldman sachs - 1% от суммы обмена. По некоторым оценкам, сумма гонорара могла бы быть в несколько раз меньшей.